Кадры
12 кадров
Персонажи
Трейлеры и клипы
Похожие





















Август сорок пятого. На окраине Нагасаки, в здании бывшей семинарии, молодой врач принимает пациентов. Среди икон и библейских сюжетов на стенах стоит больничная койка, и он делает свою работу: ставит диагнозы, перевязывает раны, успокаивает. Слухи приходят раньше, чем официальные сводки. Говорят, на Хиросиму американцы сбросили что-то новое. Одно слово, которое никто пока не решается произнести вслух. А потом небо над Нагасаки вспыхивает. Врач не успевает понять, что случилось. Город превращается в концентрические круги смерти, и больница оказывается в самом центре. Стены ещё стоят, пациенты ещё живы, но помощь нужна уже не десяткам, а сотням. И тем, кто приползает к порогу. Обожжённые, обугленные, потерявшие близких за одну секунду. Персонал не бежит. Они остаются, потому что больше некому. Среди дыма и пепла, среди стонов и тишины, где-то вдали звонят колокола. Те самые, что веками созывали верующих. Только сейчас они звонят по тем, кого уже нет. Врач должен решить, что важнее: спасать тех, кого ещё можно спасти, или искать ответ на вопрос, зачем всё это. Получится ли у него остаться человеком там, где само понятие человечности сгорело дотла?
12 кадров




















Колокола НагасакиСмотреть
Nagasaki 1945: Angelus no Kane
Фильм · 2005 · ★ 6,7
Август сорок пятого. На окраине Нагасаки, в здании бывшей семинарии, молодой врач принимает пациентов. Среди икон и библейских сюжетов на стенах стоит больничная койка, и он делает свою работу: ставит диагнозы, перевязывает раны, успокаивает. Слухи приходят раньше, чем официальные сводки. Говорят, на Хиросиму американцы сбросили что-то новое. Одно слово, которое никто пока не решается произнести вслух.
А потом небо над Нагасаки вспыхивает. Врач не успевает понять, что случилось. Город превращается в концентрические круги смерти, и больница оказывается в самом центре. Стены ещё стоят, пациенты ещё живы, но помощь нужна уже не десяткам, а сотням. И тем, кто приползает к порогу. Обожжённые, обугленные, потерявшие близких за одну секунду. Персонал не бежит. Они остаются, потому что больше некому.
Среди дыма и пепла, среди стонов и тишины, где-то вдали звонят колокола. Те самые, что веками созывали верующих. Только сейчас они звонят по тем, кого уже нет. Врач должен решить, что важнее: спасать тех, кого ещё можно спасти, или искать ответ на вопрос, зачем всё это. Получится ли у него остаться человеком там, где само понятие человечности сгорело дотла?